Шри Чинмой

Эйнштейн: ученый-мудрец, брат атома-вселенной

Очерки

Он ни в чем не добьется успеха

Не всегда утро предопределяет день. Утро жизни Эйнштейна никоим образом не предвещало его ярчайшего дня. Когда отец Эйнштейна спросил наставника своего сына, какую область обучения следует избрать юному Альберту, наставник ответил: «Это не имеет значения. Он ни в чем не добьется успеха».

Простота сердца и гениальность ума

В чем различие между простотой сердца и гениальностью ума? Они не только едины, но и чрезвычайно любят друг друга. Жизнь Эйнштейна - яркий пример. Мир открыл в нем сердце ребенка, сердце осознания-единства.

Одним рождественским вечером в его дом пришли с веселыми рождественскими песнями дети. Они были очень удивлены, когда ученый попросил разрешения присоединиться к ним и вместе пойти в другие дома аккомпанировать им на скрипке. Их детские сердца приняли его предложение с безудержным восторгом.

Даже Эйнштейн не смог

Эйнштейн придавал особое значение искренности и правдивости в цветущем сознании юных душ. Однажды в дом к Эйнштейну пришла маленькая девочка с просьбой помочь ей с домашним заданием, поскольку подруга сказала ей, что Эйнштейн очень хорошо разбирается в арифметике. Она не знала кем был Эйнштейн. Бессмертный ученый был очень добр к девочке и согласился посмотреть ее задачу. Поняв в чем дело, он ответил, что ей нужно научиться считать самостоятельно или попросить помощи у своей учительницы, которая, как ему известно, очень хорошая. Он сказал, что не сможет выполнить за нее домашнюю работу, потому что это не поможет ей в учебе.

На следующий день ребенок пришел к своей учительнице и смело признался, что не понимает, как решить задачу. Девочка рассказала ей о своей встрече с Эйнштейном и добавила, что учительница, должно быть, в самом деле очень хорошая, поскольку мистер Эйнштейн тоже не смог решить ее задачу.

Сердце сочувствия

Его сердце было сердцем сочувствия. Его жизнь была жизнью единства. 3 января 1943 года Эйнштейн получил письмо от девочки, у которой были трудности с математикой. Эйнштейн утешил ее сверх воображения, написав в ответ на ее письмо: «Не беспокойся о своих трудностях с математикой, могу заверить тебя, мои - еще больше».

Неверие - яд

Неверие - не что иное, как яд. Поэтому лучше верить и обмануться, чем не верить совсем. Можно казаться глупым, но это лучше, чем уступить неверию. Если прекрасно знаешь последствия, но живешь в мире надежды, дракон-разочарование никогда не сумеет проглотить тебя.

Однажды, когда Эйнштейн дал денег нищему, жена сказала ему: «Альберт, ты опять дал деньги человеку, который, как я уверена, плут». Эйнштейн ответил: «Я знаю. И все-таки он, должно быть, действительно, нуждается. Ради удовольствия не нищенствуют. Проще верить и быть иногда обманутым, чем жить в состоянии неверия».

Так ученый просветлил ум своей жены и научил кое-чему новому весь мир. Если человек надеется почувствовать настоящую радость и получить настоящую пользу, когда дает, он должен давать не ставя условий. По-другому нельзя.

Сострадание Эйнштейна

Мать Земля достаточно сострадательна, чтобы обнять всех и каждого. Она никогда никого не обделяет, даже крайне бесчувственных и прискорбно бессердечных людей. Однажды вечером, когда Эйнштейн давал скрипичный концерт, он заметил, что несколько пожилых женщин в зале вязали. Он немедленно прекратил играть и отложил свою скрипку. Когда леди спросили, почему Эйнштейн прекратил играть, он объяснил: «Я и не помышлял о том, чтобы мешать вашей работе».

Эйнштейн-профессор и Эйнштейн-музыкант

Эйнштейн-профессор иногда хотел наслаждаться ролью музыканта больше, чем ролью лектора. Он хотел предлагать внешне то, что у него было внутри. Внутри его была радость, и внешне он тоже хотел давать радость. Временами Эйнштейн-музыкант был наполнен божественно просветляющим экстазом. Поэтому он чувствовал, что музыка для студентов, сильно нуждавшимся в радости, именно то, что нужно. Однажды, вместо чтения запланированной в Женевском университете лекции, он дал скрипичный концерт, чем удивил и привел в восторг аудиторию. Эйнштейн объяснил свой эспромт так: «Возможно, будет приятней и понятней, если вместо слов я сыграю на скрипке».

Я мыслю музыкой

Музыка обладает универсальной привлекательностью, она возвышает человеческое сознание. Музыка прославляет человеческое в божественном и божественное в человеческом. Человеческое - это вечная надежда, божественное - вечное удовлетворение. Эйнштейн-музыкант утешал, питал энергией и гармонией, помогал и делал универсальным Эйнштейна-ученого. Музыка не только зажигала в нем пламя устремления, но также просветляла его человеческий мир мысли. «Я часто мыслю музыкой. Я живу мечтами, выражаемыми музыкой», - заявлял он.

Он ничего не помнит

Эйнштейн был забывчивым еще с юности. Но стоит знать, что хотя сегодняшняя забывчивость и может порождать ранящие насмешки, завтрашнее новое и исполняющее осознание вызовет высочайшее восхищение и чувство глубокой благодарности. Однажды, будучи молодым, Эйнштейн ночевал в доме своего приятеля. А на утро он ушел, забыв свой портфель. Родители друга сказали родителям Эйнштейна: «Этот юноша никогда ничего не достигнет, поскольку он ничего не помнит».

Никому не говорите

Даже когда мировое имя и мировая слава коснулись самой пыли стоп Эйнштейна, казалось, что его друг-забывчивость не оставляла его. Вскоре после приезда Эйнштейна в Принстон, в деканат позвонили, спрашивая, где живет доктор Эйнштейн. Когда служащий, дабы защитить ученого от любопытных посетителей, ответил, что такую информацию давать не принято, звонивший понизил голос и признался: «Пожалуйста, не говорите никому, но доктор Эйнштейн - это я. По дороге домой я забыл, где я живу».

О чем говорит подобный случай забывчивости? Ум этого человека был настолько глубоко поглощен высоко просветляющей и исполняющей реальностью, что он находил в высшей степени трудным, почти невозможным, спуститься к материально направленному сознанию человеческой жизни.

Простота и уединенность

Ученый-мудрец очень ревностно ценил две вещи: простоту и уединенность. Простота ускоряет наше путешествие к Небесам, уединенность - это отказ от расточительства своей внутренней спонтанной веры. Мир восхищался его сердцем-простотой и жизнью-уединенностью. Процитируем Эйнштейна: «Я не хочу, чтобы кто-либо ходил через мою жизнь».

Облегчение

Смерть предшествует рождению, рождение предшествует смерти. Смерть - это неопровержимый факт. Смерть так же и тайна. Чем больше мы пытаемся понять ее со своими человеческими способностями, тем больше эта тайна сбивает нас с толку. Когда смерть, наконец, является утомленным душам, бессонно сражавшимся с ней, она приходит как высшее облегчение. Однажды, в интервью с Эйнштейном И. Б. Коэн прокомментировал, что «смерть - это и факт, и тайна», к чему Эйнштейн добавил «... и облегчение».

Искусственное продление жизни

Когда наступает последний час, никто не может отвергнуть его зова. Сердце-единство Эйнштейна, плывшее с Всевышним Кормчим, знало это. Поэтому, он был категорически против любых искусственных средств продления своей жизни. Он был простым, он был естественным, он был спонтанным. Любой вид искусственности был всегда чужд ему. Он был чистосердечной, открывающей жизнь реальностью и исполняющей истину божественностью, которая наполняла собой весь мир. Когда Эйнштейну сказали, что хирургическое вмешательство, возможно, избавит его от заболевания, он ответил просто: «Я не верю в искусственное продление жизни».

Песня простоты

Жизнь Эйнштейна была песней простоты от начала и до конца. Когда ученый умер, на его похороны пришли очень немногие, присутствующих было еще меньше, чем при его рождении. Он просил, чтобы его кремировали и не делали посмертной надписи. Эта последняя воля была исполнена.