Шри Чинмой

Рабиндранат Тагор - Луна Сердца Бенгалии

Воспоминания о Тагоре

Шри Чинмой был усердным учеником поэзии и песен Тагора. Почти каждый день он слушал вокалистов Бенгалии, поющих избранное из музыкальных произведений Тагора, а иногда и сам исполнял песни Тагора на концертах по всему миру. В своих беседах и разговорах Шри Чинмой часто ссылался на несравненный вклад Тагора в бенгальскую литературу, также как и на его известное воздействие на Запад, которое достигло апогея с присуждением ему в 1913 году Нобелевской Премии в области литературы. Шри Чинмой был также очарован уникальной личностью Тагора и особо ценил великодушное сердце Тагора, которое часто обнаруживалось в высокой оценке его современников. Эта глава содержит некоторые комментарии и воспоминания Шри Чинмоя, собранные за годы из его бесед и произведений.

Я был большим поклонником музыки Тагора. Почти каждое утро или в течение дня я слушал песни Тагора. Стихи Тагора совершенно отличаются от произведений других поэтов. Каждое стихотворение идет от сердца. Нет ни одного стихотворения Тагора, которое пришло бы от ума. Ирландский поэт У.Б.Йитс видел нечто необычное в Тагоре, вот почему он вывел Тагора на передний план. Прислав стихи Тагора в Комитет по Нобелевской Премии, он обратил внимание на то, что это нечто совершенно новое, новый подход.

В возрасте четырех лет я стал учиться нескольким песням Тагора у моей сестры Аханы. Она была источником моего музыкального мира. И позже, когда мне было двенадцать лет, у меня было два учителя по музыке. Они учили меня сотням песен, в основном Тагора, величайшего поэта нашей Индии.

Прежде чем в 1913 году Тагор получил Нобелевскую Премию, одно его особенное стихотворение безжалостно, очень безжалостно раскритиковали в журнале. Каждая строка этого стихотворения подверглась немилосердной критике. Три недели спустя Тагор получил Нобелевскую Премию по литературе. Тогда немедленно тот же писатель вознес Тагора до небес за то особое стихотворение. Это был тот же журнал, тот же писатель, то же стихотворение! Смотрите, как люди могут менять свою оболочку! Это случай известный. Всего за три недели до получения своей Нобелевской Премии Тагор подвергся такой необузданной критике. Потом, через три недели, ситуация изменилась. Писатель открыл нечто значительное в этом стихотворении. Такова жизнь.

Некоторые из старых писателей тех дней высмеивали Тагора и критиковали его перед тем, как он получил Нобелевскую Премию. Как поэт, он совсем не был признан в Бенгалии, не говоря об Индии. Его несносные критики обычно говорили: «Он происходит из очень высокопоставленной семьи, известной семьи. Вот почему он получает похвалы за свои стихи». Отец Тагора был великим человеком, и его старшие братья были очень сильны в разных сферах деятельности. Семья Тагора была выдающейся семьей Индии. Вот почему эти критики обычно говорили, что Тагор - плохой писатель.

Позже, после того, как Тагор получил Нобелевскую Премию, его ярые критики прибыли в Шантиникетан чествовать его. Они, выступавшие против его произведений, прибыли на поезде делегацией из тридцати-сорока человек. Тагор был несколько раздосадован. Он сказал: «Еще несколько дней назад вы были моими ярыми критиками. А сейчас вы приехали чествовать меня. Я не нуждаюсь в ваших почестях». Поэтому, эти «доброжелатели» не смогли принять участие в чествовании Тагора и удалились. Тагор был расстроен, и они тоже были расстроены тем, что проделали такой путь, а он не принял их. Несколько недель спустя Тагор лично приехал к ним и просил о прощении. Они простили его.

Тагор, к своей чести, был единственным поэтом, написавшим два национальных гимна. Jana Gana Mana - национальный гимн Индии и Amar Sonar Bangla - национальный гимн Бангладеш. Одна эта песня Amar Sonar Bangla коснулась высочайших высот Бессмертия. Слова - проще простого, но в них такая внутренняя глубина:

O my golden Bengal, I love you.

О моя золотая Бенгалия, я люблю тебя.

Она, как поющие звезды. Внутри этих слов столько чувства. Тагор описывает красоту Бенгалии.

Я поэт, я поэт-самоучка. Если бы я был судьей, я бы присудил Amar Sonar Bangla высшую премию. Она столь проста, столь сладостна, столь одухотворенна и столь благословенна - что я могу еще сказать? Она сладостнее самой сладостной и очень красива. Такая сладкая, мелодичная песня! Вся песня - описание Матери Бенгалии. Эта песня воплощает сладостность, мягкость, сдержанность и многие другие качества.

Многие люди писали о Бангладеш и, возможно, многие еще напишут о Бангладеш, но эта песня всегда будет на вершине Гималаев.

Я уверен, что Тагор останется единственным поэтом, написавшим, к его чести, два национальных гимна.

Каджи Наджрул Ислам сказал о Тагоре: «Он совершил одну несправедливость. Несправедливость состоит в том, что он написал все».

«О, Восток - это Восток, а Запад - Запад,
И вместе им никогда не сойтись».

Киплинг

Это известное утверждение было опровергнуто, когда Вивекананда с потоком вдохновения Шри Рамакришны славным образом объединил Восток и Запад своим уникальным посланием о религии.

Тагор тоже полностью отрицал это утверждение. Его плодотворная жизнь была миссией разъяснения Востока Западу; он хотел ни больше, ни меньше, чем потока покоя между этими двумя полусферами.

Величайший поэт Индии и литературный авторитет, Тагор, говорит миру: «Шум минутных насмешек во власти музыки вечного». Увы, когда крошечная капля высмеивает безбрежный океан, это и смешно, и больно».

He who gives all, keeps all.
Тот, кто отдает все, имеет все.

Рабиндранат Тагор

Для меня, дающий - нечто большее, чем тот, кто просто дает. Дающий - всегда одарен бесконечно больше Богом, Всеисполняющим.

Come what may,
India’s message must be delivered to America!

Будь, что будет,
Послание Индии должно быть вручено Америке!

Рабиндранат Тагор

О бессмертная душа Тагора, о бессмертная душа Рабиндраната, еще одно бенгальское сердце попытается исполнить преданно, одухотворенно и неустанно твой жаждущий приказ.

Когда Мумтаз Махал умерла в 1631 году, давая рождение своему четырнадцатому ребенку, ее муж, великий Могольский Император Шах Джахан, исполнился печали. Чтобы отдать дань своей любимой жене, он начал строительство великолепного мавзолея из белого мрамора. Он был возведен в Агре, на берегах реки Ямуны. Этот «Мавзолей Света» сейчас известен как Тадж Махал и является одним из чудес света.

Тагор писал о Тадж Махале: «Только позволь этой единственной слезинке, Тадж Махалу, сиять безупречно, вечно и вечно, на щеке времени. О Царь! Ты стремился очаровать время магией красоты и водрузить гирлянду, что связала бы бесформенную смерть с бессмертной формой!»

В большинстве своих стихотворений и песен Рабиндранат Тагор вознес Бенгалию до Небес и сказал, что остальная Индия должна идти по стопам Бенгалии. Но прийдя к Шиваджи, Тагор призывал бенгальцев следовать примеру Шиваджи. Девиз Шиваджи, его жертвенность, его храбрость и его самоотдача - все получило высшую оценку Тагора. Тагор написал бессмертное стихотворение по случаю великого празднества Шиваджи. Это очень длинное стихотворение. В нем он говорит:

O Bengalis, go and follow the Marathis.
Follow them and sing with them in unison
The victory of Shivaji!

О Бенгальцы, идите вслед за Маратхами.
Следуйте за ними и пойте с ними в унисон
Победу Шиваджи!

Таково бессмертное стихотворение Тагора.23

Когда я пришел к Шри Ауробиндо, мой брат Читта научил меня бенгальскому ритму стихосложения. Ему потребовалась неделя или около того. Существует четыре или пять основных бенгальских ритмов. В английском языке также много ритмов, таких как ямб, хорей и спонди. Но в бенгальском больше ритмов. Читта научил меня, и мой слух, к счастью, очень тренирован. В качестве примера он использовал стихи Тагора и потом сказал: «Вот как это было сделано». Есть много, много стихов Тагора, которые очень, очень легко изучать. И кроме того, некоторые ритмы, которые использовал Тагор, очень, очень сложны. Их я тоже изучил.

Существует два самых распространенных ритма. Один имеет отношение к буквам алфавита, другой - к звуку. В Индии я писал и звуковым, и буквенным ритмом, но здесь в Америке, мне кажется, я написал больше звуковых ритмов, чем буквенных. Как Читта учил меня. Когда я начал писать свою песню ‘Uthe Jakhan Pub Gagane Savita’, мой брат был на седьмом небе от счастья, поскольку ритм был правильным. К тому же, несколько стихов я написал в двух ритмах - в звуковом и буквенном. Они были очень сложные, очень сложные.

Песня Тагора ‘Jana Gana Mana’ написана в санскритском ритме. Этот ритм называется laghu guru - laghu означает «короткий», guru означает «долгий». Эту песню нельзя выучить, пользуясь каким-то обычным бенгальским ритмом - матрабритта, аккхарбритта, сварабритта и так далее, - потому что здесь он использовал очень сложный ритм.

В самой первой поэме Тагора «Гитанджали» - ‘Amar Matha Nato Kare’ - все подвергали сомнению ритм. Тагору сказали: «Это ошибка». По этому случаю Тагор сказал: «Кому нужен ритм?»

Он написал особенное слово, потому что очень любит это слово. Тагор - высший авторитет, кто же может оспорить его? Когда кто-то говорит, что Тагор не знает ритма, это смешно. Он делает исключение, потому что очень любит это слово. Верно, он мог бы взять другое слово. Но для него радость была бесконечно более важна, чем ритм. Те, кто знают ритм, всегда согласятся, что это слово неверное, но он был выше этого. В этом стихотворении такое чувство, такое настроение, такая близкая связь с Богом, с Божественностью.

Мои две самые любимые песни Тагора - ‘Gagane Gagane’ и ‘Amar Matha Nato Kare’.

‘Bharat Tirtha’ (Путешествие в Индию) - одно из моих любимых стихотворений. Еще с детства я высоко ценил его и восхищался им. Для моего поэтического сердца, это стихотворение, на самом деле, одно из самых красивых, самых одухотворенных, самых сильных и самых плодотворных.

Тагор создал много, много новых слов, которых нет в бенгальском словаре. Ни в одном словаре нет этих слов. Но он создал очень хорошие слова. Какое бы значение он им ни придал, впоследствии люди это воспримут!

Когда Шри Ауробиндо погрузился в водоворот политических событий, Тагор был уже очень, очень известен. Несмотря на то, что Шри Ауробиндо был младше Тагора на одиннадцать лет, Тагор очень восхищался Шри Ауробиндо. У Тагора было видение, кем был Шри Ауробиндо. После их первой встречи Тагор написал стихотворение. В самой первой строке он говорит:

O Aurobindo, accept my salutations.

О Ауробиндо, прими мои поздравления.

Тагор был намного старше Шри Ауробиндо, но Тагор преклонялся перед Шри Ауробиндо. Других людей он благословлял и благословлял, и упоминал их в своих сочинениях. Но перед Шри Ауробиндо он преклонялся. Следующие строки из его стихотворения еще более сильные:

You are the embodied, revealed message
Of Mother India.
And for you there is no name, no fame;
You are far beyond.

Ты - воплощенное, открытое послание
Матери Индии.
И для тебя нет имени, нет славы;
Ты - далеко за пределами.

Заканчивается стихотворение так:

Truth has come, truth is there.
O fools, O cowards, wake up, wake up!
Aurobindo is the embodiment of the highest Truth.

Истина пришла, истина здесь.
О глупцы, о невежды, пробуждайтесь, пробуждайтесь!
Ауробиндо - воплощение высшей Истины.

Я повторял это особенное стихотворение более тысячи раз.

Когда Тагор приехал в Пондичерри повидаться со Шри Ауробиндо, по словам людей, которые были там, он практически пробежал шесть или семь метров, чтобы обнять Шри Ауробиндо. Но Шри Ауробиндо был Шри Ауробиндо. Он не позволил Тагору обнять его. Позже между ними состоялся очень важный разговор. Потом, на обратном пути, на судне Тагор сказал: «Я ясно вижу, что Шри Ауробиндо получил то, что искал. Я видел его».

Почерк Тагора был такой красивый, такой красивый. Мой - ничто по сравнению с его почерком, хотя мой учитель обычно говорил, что почерк у меня очень красивый. Моя сестра Лили подражала почерку Тагора, и он был довольно красив. Многие люди подражали почерку Тагора. Его рисунки тоже очень красивые.

У меня много, так много книг Тагора. Некоторые из них - оригинальные рукописи. Тагор делал так много правок. Можно видеть, где он перечеркивал то и это. Эти стихотворения бессмертные, но удивительно, как много правок он делал на одной странице. Мы говорим о совершенном совершенстве. Тагор также верил в это. Так много строк Тагор вычеркивал, и вычеркивал, и вычеркивал, прежде чем оставался доволен стихотворениями. Он был перфекционист.

Недавно очень известная певица по имени Лакшми Шанкар, невестка великого ситариста Равви Шанкара, сказала мне нечто очень вдохновляющее. Она сказала, что из всех инструментов Тагору больше всего нравился эсраж. Она сказала, что эсраж был любимым инструментом Тагора, и он вдохновлял людей учиться играть на нем. Я был очень счастлив услышать такую новость от Лакшми Шанкар.

Много, много лет тому назад, один из учеников Тагора по имени Шантидеб Гхош, пришел в Ашрам Шри Ауробиндо и сыграл на эсраже. Он положил на музыку очень длинное стихотворение Тагора. Не могу представить, как он мог играть на эсраже и петь одновременно. Он делал это, но тембр его голоса был очень высоким. Я никогда не осмеливался петь ни одну из своих песен, играя на эсраже. Но Шантидеб был исключительно выдающимся певцом Бенгалии, и это было незабываемое переживание.

В 1961 году, к столетию со дня рождения Тагора, я написал о нем книгу. В это же время в Ашрам Шри Ауробиндо приехал великий бенгальский литератор. Со слов Шри Ауробиндо, он был в одном шагу от нирваны. Имя этого джентльмена было Шри Анирван. «Анирван» означает того, кто еще не достиг стадии нирваны. Он был великой личностью, ученый-мудрец. Он остановился на несколько дней в доме моего друга. Однажды я пришел повидаться с ним и прочел ему вслух всю свою книгу о Тагоре. Впоследствии Шри Анирван написал: «Его комментарии о Рабиндранате проникновенны». Потом он сказал: «Мне не нравится название» и изменил название книги. Он присвоил Рабиндранату титул: Мириады Умов.

Я выражаю свою одухотворенную благодарность душе Шри Анирвана за то, что он написал предисловие к моей книге. Также очень любезно со стороны Шри Анирвана было дать титул Рабиндранату: Мириады Умов.

Во время своих визитов в Индию, когда я обычно пел свою песню ‘Ore Mor Kheya Ore Mor Neye’ брату Читте, играя на гармонии, по его щекам тут же начинали катиться слезы и слезы. Слова этой песни звучат так: «О моя Лодка, о мой Лодочник, о послание Трансцендентального Восторга, несите меня».

В этой песне я допустил поэтическую вольность. Некоторые великие поэты создают сотни и сотни слов, которых вы не найдете в словаре. Вы вынуждены изучать творчество этих великих поэтов, чтобы понять значение некоторых особых слов. Слово kheya можно найти в словаре. Оно означает «маленькая лодка». Но слово neye, означающее «лодочник», в словаре нет. Подходящее бенгальское слово nabik. Nabik означает «кормчий». От nabik как можно прийти к neye? Я узнал это слово от Тагора. Так случилось, что однажды Тагору нужно было короткое слово, очень сладостное слово, так он переделал nabik в neye.

Сегодня те, кто пишут словари, - очень сообразительные. Прежде столетиями существовало совсем немного слов, которых не было в словарях. Сейчас словари содержат эти вновь созданные слова, потому что такой-то и такой-то писатель использовал это слово. Раньше, мы узнавали слова из словарей. Сейчас словарь узнает их от великих писателей.

Современником Тагора был Каджи Наджрул Ислам. Время от времени почитатели Тагора говорили нелицеприятные вещи о стихах Наджрула Ислама. Но сам Тагор был очень добр к Наджрулу Исламу. Он всячески вдохновлял его и восхищался им. Они были в очень хороших отношениях. Даже незадолго до своего ухода Тагор проявлял благословение и нежность к Наджрулу Исламу. А позже Наджрул Ислам написал несколько очень красивых, очень одухотворенных и очень важных песен о Тагоре.

Тагор сам попросил Дилипа Кумара Роя погрузиться в музыку. Позже друг Дилипа Шубаш Бош сказал ему: «Послушай Тагора, послушай! Погрузись в музыку».

Однажды случилось так, что Дилип какое-то время не общался с Тагором. Тагор написал стихотворение, которое гласило: «Дилип, я давно не видел твоего улыбающегося лица! Ты не писал мне». Все стихотворение было письмом к Дилипу.

Дилип говорил, что Тагор затапливал его нежностью. Он спорил с Тагором так много раз, но Тагор всегда прощал его, и они становились еще ближе. К тому же, если Дилип не писал какое-то время из-за их раздора, Тагор обычно говорил: «Почему, почему ты молчишь?»

Посмотрите на близкую связь между этими двумя великими певцами!

Два высочайших бенгальских певца, Дилип Кумар Рой и Каджи Наджрул Ислам, были очень добрыми друзьями. Оба они были большими почитателями Тагора, но время от времени бывали с ним не в очень хороших отношениях. Причиной было то, что они часто пели духовные песни Тагора в ресторанах и так называемых ночных клубах. Они ходили туда с некоторыми другими известными певцами и композиторами и к тому же пели песни Тагора.

Когда Тагор слышал это, он неистовствовал. «Мои песни! Мои песни вы играете в ночных клубах!», - говорил он. Позже он предупреждал Дилипа, Наджрула и некоторых других: «Мои песни не предназначены для ночных клубов. Вы не должны делать это!» Наджрул и Дилип очень любили Тагора, так что они перестали петь его песни в ночных клубах.

Сахана Деви была певицей высшей высоты. У нее был великолепный певческий голос. Ей исключительно повезло, поскольку она была столь близко связана с Тагором. Она была ученицей Тагора в Шантиникетане и пела для него много, много раз. Тагор был глубоко очарован ее волнующим душу голосом. Она и сама также сочинила много песен.

Дилип Кумар Рой был инициатором прихода Саханы Деви в Ашрам Шри Ауробиндо. Когда в 1928 году Дилип-да пришел в Ашрам Шри Ауробиндо, он вдохновил Сахану-ди сделать то же самое. Тагор был крайне расстроен, когда Сахана-ди покинула Шантиникетан. Когда она пришла в Ашрам, он прислал незабываемое письмо: «Если бы я был Императором, как Могольские Императоры, я бы послал свою армию, чтобы забрать тебя из Ашрама».

В мои дни в Ашраме я купался в солнечных лучах нежности Саханы-ди. Сахана Деви была высоким авторитетом в вопросах о Тагоре, особенно, преданных песнях Тагора. Она написала в одной из своих статей, что он хотел только спонтанного потока.

Позже, в последующем выпуске того же журнала, другой авторитет в вопросах музыки Тагора - Шантидеб Гхош - сказал, что в действительности Тагору нравились табла и другие западные барабаны. Кому верить? Оба они учились у Тагора, а сейчас существуют две разные версии. Сахана Деви была на несколько лет старше Шантидеб Гхоша, так что, возможно, ее версия - более достоверна.

У Тагора было десять или двенадцать учеников, кого он лично пригласил учиться непосредственно у него. Они были избраны из нескольких сот учеников, посещающих Шантиникетан. Среди этих избранных учеников его племянник Динендранат был самым близким. Как только мелодия приходила к Тагору, он обычно пел ее своему племяннику, и тот делал соответствующую запись. Когда племянник умер, Тагор сказал, что умерла его правая рука. Другие ученики стали делать записи для него, но процесс очень замедлился. Тагор всегда говорил, что причина в том, что его племянник больше находился в его сознании.

Свами Вивекананда в своем отрочестве обычно ходил ко всем свами, факирам и духовным людям с одним только вопросом: «Вы видели Бога? Вы видели Бога?»

Они видели его большую искренность, но ответ был всегда одним и тем же: «Извини, нет, я не видел Бога».

У некоторых из этих духовных людей в это время также были ученики, но каждый из них был достаточно искренен, чтобы сказать молодому Нарену: «Нет, я не видел Бога».

Тогда Свами Вивекананда пошел к отцу Тагора Махарши Дебенранату с тем же вопросом. Дебендранат сказал: «Я не видел Бога, но я ясно вижу в твоих глазах, что однажды ты осознаешь Бога. Твои глаза говорят мне, что ты увидишь Бога, ты осознаешь Бога». Он проявлял безграничную нежность к Нарену. Дебендранат был единственным, кто смог увидеть будущее Нарена.

Завоевав сердце Америки и Запада, Свами Вивекананда возвратился домой. Он пришел к Дебендранату отдать ему должное и выразить свою благодарность, потому что он получил так много нежности и так много благословений от отца Тагора. Отец Тагора был инкарнацией доброты. Когда он увидел Вивекананду, его радость не знала границ. Его гордость за Вивеканаду была безграничной.

Тагор писал: «Если вы хотите хорошо узнать Индию, изучайте Вивекананду». Немного позже Вивекананда сказал: «Если вы хотите знать культуру Индии, наследие Индии, Тагор - единственный ответ».

Самой дорогой ученицей Свами Вивекананды была Сестра Ниведита. Все звали ее Сестрой. И даже Вивекананда несколько раз сказал «Сестра». Но Тагор пошел дальше: он назвал ее Локамата, Мать всех людей, или Мать простых людей.

Мать Ашрама Шри Ауробиндо и Рабиндранат Тагор приехали в Камакуру в начале 1900-х. Они и их спутники стояли и медитировали у того же места, где мои ученики и я стояли и медитировали годы спустя, перед статуей Господа Будды. Можете представить, они приехали в начале столетия, а сейчас конец столетия! Господь Будда - бессмертный. Мы приходим и уходим, но Господь Будда останется, поколение за поколением.

Читта Ранджан Дас умер в Дарджилинге. Когда его тело поездом было доставлено в Калькутту, его почитатели просили и просили Тагора сказать что-нибудь. Тагор написал три очень важных строки:

When you came into the world
You brought with you an immortal life,
And you left it here on your way back.

Когда ты пришел в мир,
Ты принес с собой бессмертную жизнь,
И оставил ее здесь по пути обратно.

Я положил на музыку возвышенное послание Тагора.

За три часа до того, как оставить эту землю, прежде чем уйти за занавес Вечности, Тагор прочел вслух стихотворение ‘Samukhe Shanti Parabar’ - «Передо мной океан покоя». Он не положил его на музыку, кто-то другой сделал это. К этим произнесенным словам очень часто обращаются.

В настоящее время есть серьезные разногласия. Некоторые придерживаются мнения, что стихотворение, которое он продекламировал, было его последней песней, а другие говорят, что его последней песней было другое сочинение. В этой песне он увидел великую душу, супраментальную душу. Он предвидел, что эта великая душа идет к нему.

В качестве последней в Шантиникетане избрали песню ‘Samukhe Shanti Parabar’, и они поют ее каждый год на годовщину смерти Тагора. Я тоже чувствую, что именно эта песня стала последней перед тем, как он ушел в свою небесную обитель. В этом стихотворении он покидает землю и видит перед собой океан покоя.

У музыки есть такая способность - вдохновлять нас. Когда вы слышите бенгальские песни Тагора, его молитвенные и одухотворенные песни, вы входите в хорошее расположение духа. Вам необязательно знать бенгальский. Тысячи и тысячи людей, не знающие бенгальского языка, слушают его песни. Почему по всей Индии песни Тагора звучат по радио? Разве гуджарати понимают бенгальский? Бенгальские песни Тагора очень помогают людям. Слушая эти песни, они чувствуют покой, уравновешенность и радость внутри. Им необязательно знать бенгальский. Музыка - универсальный язык.

Здесь, на земле, мы не замечаем, что у птиц в бесконечной мере есть способность петь, тогда как мы, люди, пытаемся создать и развить эту способность. Тагор защищает нас:

Птиц Ты одарил песнями,
Птицы подарили Тебе песни в ответ.
Ты даровал мне лишь голос,
Хотя просил о большем, и я пою.

Птица-поэт у Китса, опьяненная божественным, летает передо мной, перед моим взором.

Было ли то видение иль пробужденная мечта?
Эта ускользающая музыка... бодрствую я или сплю?

Птица-музыка внутри нас остается, чтобы дарить нам любовь. Птица-музыка вне нас летает, чтобы дарить нам радость.

Поскольку музыка - универсальный язык, ей нет необходимости выражать себя посредством какого-то определенного языка мира. Рабиндранат Тагор говорит:

Музыка - чистейшая форма искусства, следовательно, самое прямое выражение красоты по форме и духу, она одновременно и проста, и в наименьшей степени обременена чем-то чуждым. Мы можем почувствовать, что проявление Бесконечного в конечных формах творения – сама музыка, спокойная и осязаемая.

Мне вспомнился бессмертный случай из жизни Тагора. Много, много лет назад он посетил Болгарию, и болгары выразили желание почтить его присутствие. В тот раз у Тагора с собой был английский перевод Гитанджали. Но он нарочно читал вслух свои стихи на бенгали. В аудитории было много, много людей и все они увлеченно слушали его стихи. Публика затаила дыхание. Он не сказал ни слова по-английски; он лишь читал вслух свои бессмертные стихи на бенгали. Это был Тагор. Слушатели были так взволнованы! Тагор знал английский очень, очень хорошо. Но сколько любви и восхищения получил он от людей Болгарии! Вот доказательство: когда любишь, восхищаешься и обожаешь кого-то, ты не воспринимаешь этого человека умом. Ты легко можешь понять его сердцем.

Когда бы я ни думал о Болгарии, я говорю: «О, мне необязательно знать их язык, мне даже необязательно говорить по-английски. Поскольку я могу говорить на бенгали, Болгария отнесется ко мне благосклонно».

Наш величайший поэт Тагор написал в одном из своих стихотворений:

Mother Earth, why are you so unkind to me?
Why do I have to sow the seed, tend to the plant
And nourish the plant until it becomes a tree?
Right from the beginning, can you not give me
The beautiful flowers and delicious fruits?
Why do I have to work for it?
Mother Earth replies, “My child, I can do it,
But you will not be happy.
When I give you food, you will get joy.
But when you struggle for it, when you work for it,
You will get much more joy.
I can do everything:
I can sow the seed, and I can bring the rain.
But you will not be happy
Because you will not have done anything.”

Мать Земля, почему ты так жестока ко мне?
Почему я должен сеять семя, ухаживать за растением
И выращивать его, пока оно не станет деревом?
Разве с самого начала ты не можешь даровать мне
Красивые цветы и изысканные плоды?
Почему я должен для этого трудиться?
Мать Земля отвечает: «Мое дитя, я могу сделать это,
Но ты не будешь счастлив.
Если я дам тебе пищу, ты получишь радость.
Но если ты приложишь к этому усилие,
Если ты для этого будешь трудиться,
Ты получишь гораздо больше радости.
Я могу сделать все:
Я могу посеять семя и вызвать дождь.
Но ты не будешь счастлив,
Поскольку тебе ничего не нужно будет делать».

Когда мы стремимся к чему-то изо всех сил, мы получаем огромную радость. Студент, который усердно работает и получает свои степени, одерживая победу, получает очень много радости. Учитель может быть пристрастным к никчемному ученику и может поставить ему очень высокие отметки, но в своем сердце он не почувствует радости. Борьба подобна этому. Если, делая что-то, мы прилагаем для этого усилия, то, достигнув цели, мы получаем гораздо больше радости, чем как-то по-другому.

Мне говорили, что у Тагора был очень сладостный и мелодичный голос, но чуть пронзительный. Равви Шанкар также упоминал об этом в своей книге. Голос у Тагора был обыкновенный, но немного высокий. Позже некоторые профессора в Шантиникетане пытались подражать ему. Их обычные голоса стали немного выше. Мой учитель Шиширкумар Гхош был одним из тех, кто пытался подражать голосу Тагора.

Когда Тагор был молодым и имел на счету всего несколько песен, у него был великолепный, великолепный голос. Позже, когда он написал сотни и сотни песен, его певческий голос покинул его. Возраст низошел на него, и он потерял свой певческий голос.

Тагор был так великодушен. Он написал бессмертное стихотворение о Шри Рамакришне: «Как желанно твое сострадание. Ты осознал Бога во всем, входя во всех и каждого. Духовное богатство столетий ты воплощал и пребывал в гармонии со всеми религиями. Приветствия идут к тебе отовсюду, и я присоединяюсь к ним».

Каждая строка так прекрасна и сильна. Тагор писал его на бенгали. Затем перевел на английский. Оно известно, известно. Я положил бенгальские слова на музыку.

На склоне своей жизни Тагор тщетно пытался
Примирить всех любящих свободу Матери Индии.
Тагор хотел свести воедино
Разные противоположные и противоречивые идеи
Нетаджи, Ганди-джи
И других передовых политических деятелей.

Махатма Ганди абсолютно ничего не знал о музыке. Но когда он что-то говорил о музыке, весь мир слушал. Он был политиком, но стал настолько известным, что было неважно, о чем он говорит, все воспринимали его серьезно. Точно также, когда что-то говорил Тагор, даже если он ничего не знал об этом предмете, другие ценили то, что он говорил. Почему? Потому что он был экстраординарной личностью.

Этим утром я читал «Гитанджали» Тагора на английском. По моему мнению, оригинальный бенгальский и английский перевод не сравнить. Бенгальские слова сладостнее сладостных. Их сладостность, мягкость и нежность смягчают мое сердце. Английский перевод также очень красив, но, как бенгалец, я не вполне удовлетворен. Я не получаю той же мягкости и сладостности.

И к тому же, я сам перевел сотни страниц бенгальских эссе Нолини Канта Гупта на английский, так что то же самое можно сказать и о моих переводах.

В нашей индийской философии есть особая богиня по имени Сарасвати. Сарасвати - богиня знания, искусства и вдохновения. На Западе вы пользуетесь словом «муза». Хотя мы живем в человеческом мире, где достигаем всего земного, здесь тоже есть мир вдохновения. Если погрузиться глубоко внутрь, можно войти в этот мир и понять, что стихи уже написаны здесь. Если вы захотите написать статью, вы можете войти в этот мир вдохновения и в самом деле увидеть, что статья уже написана. В этом случае, все, что вам нужно сделать, - переписать ее в свою записную книжку. Строки там написаны на стене, можно сказать, - на стене-вдохновении. Вы просто переписываете их, и они становятся вашим владением. Наш величаший поэт Тагор так и делал. Он входил в мир вдохновения и оттуда приносил много стихов. Это мир поэзии, мир прозы, мир всей литературы, которая только существует.

Без Тагора бенгальская литература не совершила бы такого быстрого прогресса. Он привнес в литературу Бенгалии новое измерение.